Они умирали первыми: Спецвойска по борьбе с эпидемиями

События последних дней так или иначе сводятся к одному знаменателю: когда закончится эпидемия? На этом фоне волей-неволей вспоминаются прецеденты прежних лет. Вспомнился и тот факт, что в прошлом и позапрошлом столетиях в Российской империи существовала даже отдельная служба, функция которой была предельно проста: не допускать завоза на территорию империи опасных инфекций. И называлась эта служба, как логично предположить, Карантинной стражей.

Войска по борьбе с заразой

Дата её появления на свет известна точно – это 1 января 1833 года (карантины были и до этого, но сама служба появилась именно в том году).

Поскольку в то время путей поступления в страну вредоносных моров было относительно мало, то вся стража сосредоточилась на южных рубежах державы. И было её совсем немного: один батальон в составе четырёх рот (Одесский), три полубатальона по две роты (Керченский, Измаиловский и Прутский) и три отдельных роты (Феодосийская, Таганрогская и Севастопольская).

Таким образом, всего в русской Карантинной страже середины XIX столетия служили примерно 1550 офицеров и солдат. Каждая такая часть прикрывала «свой» черноморский или азовский порт – ведь 99% инфекций в страну заносили именно моряки и пассажиры судов, побывавших за границей. Основным «гастролёром» той эпохи была чума – в Одессу, к примеру, её завозили в 1812, 1821, 1829, 1831, 1837, 1901 и 1910 годах. Но характерно, что после учреждения стражи в полную силу эпидемии не разворачивались, их достаточно оперативно удавалось «сбить на взлёте». Так, если в эпидемию 1812-го в городе умерло 2632 человека (каждый девятый житель), то в 1837-м – в 24 раза меньше.

Офицер Карантинной стражи, 1857 г. Фото: личный архив Вячеслава Бондаренко

Хотя Карантинная стража подчинялась министру внутренних дел, но фактически представляла собой именно воинское подразделение. Офицеров набирали из разных родов войск, главное – чтобы был образованным, храбрым и дисциплинированным. Командир Одесского батальона Карантинной стражи полковник Иван Егорович Третеский (1783-1853), к примеру, был просто героем из героев: прошёл через все войны начала XIX века, под Аустерлицем был ранен саблей в голову, дрался с турками под Браиловом и Тульчином, Базарджиком и Рущуком, бил французов на Березине, штурмовал Гамбург…

Солдат набирали также опытных, под стать офицерам: каждый должен был уже отслужить не менее 10 лет, быть грамотным и обходительным (ведь нужно было контактировать с иностранцами!), иметь отменное здоровье. Хорошо зарекомендовавший себя по службе чин Карантинной стражи получал право именоваться гвардионом. Это слово в русском языке относилось именно и только к Карантинной страже – так называли наиболее опытных служителей карантина, которые вели досмотр «первой степени», т.е. вступали в контакт с потенциальными носителями инфекций на иностранных судах. По аналогии с сегодняшним днём – замеряли температуру тепловизором в аэропорту…

Карантин по уставу

В своей службе защитники рубежей руководствовались «Уставом о карантинах», который чётко определял их обязанности. Любое судно, приходившее из-за границы, подвергалось тщательному досмотру, а вызывавшее сомнение – сразу же изолировалось и дезинфицировалось. Карантинные служители были обязаны обеспечить такое судно всем необходимым во время вынужденной стоянки, доставить на борт врачей, препроводить экипаж и пассажиров в наземный карантин и гарантировать их полную изоляцию. В случае проникновения инфекции на сушу карантинные служители первыми вступали в борьбу с ней. Параллельно они были обязаны оказывать содействие Пограничной и Таможенной стражам. Так что хлопот у представителей этой спецслужбы было немало.

Форма карантинных служителей была выдержана в «пограничных» зелёных тонах, это и неудивительно – ведь они тоже прикрывали рубежи России. Офицеры носили тёмно-зелёные мундиры со светло-зелёной выпушкой, серебряные эполеты и шляпы. Солдаты щеголяли в однобортных тёмно-зелёных куртках со светло-зелёной выпушкой по воротнику, обшлагам и борту. Брюки были снизу подшиты кожей. Погоны солдат были светло-зелёными с тёмно-зелёным кантом. Обмундирование дополняли «чёрная лакированная сума», пехотный тесак, чёрный кожаный ранец и фляга.

Золотая медаль «За прекращение чумы в Одессе», 1837 г. Фото: личный архив Вячеслава Бондаренко

Самые заслуженные с гордостью носили на мундирах медаль «За прекращение чумы в Одессе» – эту специальную государственную награду учредили в 1837-м (всего вручили 340 золотых и 117 серебряных медалей). Смотрелось настолько эффектно, что карантинные служители попали даже в мемуары: «Перед нами и за нами шли с булавами гвардионы (сторожа), – вспоминала в 1845-м уезжавшая из Одессы О.П. Шишкина. – Все здесь служащие носят красные рукава, чтобы издалека было видно, что они принадлежат к карантину, и не должно до них дотрагиваться; на офицерах красные шарфы и красная перевязь на левой руке; часовые стоят с заряженными ружьями, готовые выстрелить в дерзкого, который вздумает уйти от надзора».

Уже тогда все понимали, что карантин – дело нешуточное!

«Неустрашимость и самоотвержение»

Служба в Карантинной страже считалась почётной, но и опасной. Ведь её гвардионы первыми, что называется, лицом к лицу встречались со всеми хворями, которые пытались завезти в Россию. И в случае начала эпидемий именно чины Карантинной стражи становились её первыми жертвами. Так, в 1837 году от чумы погибли карантинный надзиратель Иван Исаев с женой Анной, жена гвардиона Мария Куликова, рядовой Одесского батальона Карантинной стражи Тихон Дудин, отставной солдат батальона Никита Васильев, фельдфебель 2-й роты батальона Улыбкин.

Ну а когда пришло военное время, карантинные служители встали на защиту Отечества. Так, когда 10 апреля 1854 года, в Страстную субботу, англичане обстреливали Одессу с кораблей, рядовой Одесского батальона Карантинной стражи Михаил Гловацкий руками схватил одну из неразорвавшихся бомб и выбросил её в море. «Неустрашимость и самоотвержение» смелого солдата были отмечены специальным приказом.

А 30 апреля именно карантинные служители захватили британский пароходофрегат «Тайгер». Командир 3-й роты Одесского батальона поручик Ангелий Дмитриевич Цигара возглавил сто добровольцев и дважды ходил на абордаж вражеского корабля. Особо в этой операции отличились унтер-офицеры Степан Степченко, Павел Гричко, рядовые Петр Андрющенко, Василий Баранюк, Тимофей Бондарчук, Иван Грищук, Леонтий Горбаченко, Селиверст Дрешух, Тимофей Калиневский, Федор Курник, Павел Полянский, Никодим Фищенко и Иосиф Шульга.

Карантинная гавань Одесского порта, 1869 г. Фото: личный архив Вячеслава Бондаренко

К началу ХХ столетия численность Карантинной стражи в России, и без того небольшая, сильно сократилась: остались лишь Одесская рота (батальон расформировали) да две полуроты – Керченская и Феодосийская. Но они по-прежнему честно и храбро стояли на страже рубежей здоровья страны.

Автор этих строк горд тем, что двое его предков имели отношение к этой маленькой, но очень нужной специальной службе России. Мой прапрапрадед, Пантелеймон Авраамович Михайлов (1816-1891), был зачислен в Одесский батальон Карантинной стражи рядовым летом 1836 года. И честно служил в нём – сначала солдатом, а с 1854 года офицером – до самой смерти. А прапрадед, полковник Ананий Васильевич Максимович (1855-1929), волей судьбы стал последним командиром Одесской роты Карантинной стражи – возглавлял её с 1901 по 1907 год.

Вячеслав Бондаренко

Они умирали первыми: Спецвойска по борьбе с эпидемиями: 1 комментарий

  • Апрель 14, 2020 в 4:46 дп
    Permalink

    В начале января 1990 года были отмечены первые взаимные артиллерийские обстрелы на армяно-азербайджанской границе. 15 января чрезвычайное положение было введено в НКАО, приграничных с ней районах Азербайджанской ССР, в Горисском районе Армянской ССР, а также в пограничной зоне вдоль государственной границы СССР на территории Азербайджанской ССР. За осуществление этого режима отвечала Комендатура района чрезвычайного положения, в чьём подчинении находились приданные ей подразделения внутренних войск МВД СССР. Была приостановлена деятельность областного и районных советов народных депутатов НКАО, Нагорно-Карабахского обкома КПАз, партийных и всех общественных организаций и объединений во всей области, кроме азербайджанонаселённого Шушинского района. В Степанакерте в соседних зданиях (областного совета народных депутатов и обкома компартии Азербайджана) размещались продолжавший функционировать исполком упразднённого облсовета, Оргкомитет по НКАО и Комендатура района чрезвычайного положения 13 — 18 января в результате армянских погромов в Баку, где к началу года оставалось уже лишь около 35 тыс. армян, было убито до 90 человек. 20 января в Баку были введены войска для предотвращения захвата власти антикоммунистическим Народным фронтом Азербайджана, что привело к многочисленным жертвам среди гражданского населения города (см. Чёрный январь ).

    Ответ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *