Герой «особого назначения». На чём основан культ Кастуся Калиновского

Историческое прошлое народа, его ментальный код, неразрывно связан с личностями, внесшими значительный вклад в развитие государства и общества. Однако зачастую истинные герои остаются на задворках истории и народной памяти, другие ошибочно причисляются к национальным символам.

В нашей стране одной из самых неоднозначных и одиозных фигур является революционный деятель Кастусь Калиновский. Многими он воспринимается как террорист, развязавший кровавый мятеж в угоду польским интересам, другими он возведён в ранг героя.

В спорах между вторыми и первыми точку поставить может только знание истории. Факты, как говорится, вещь упрямая… Восстание 1863 года в реальности имело мало общего с интересами белорусского народа.  Во-первых, его главной целью было восстановление польского государства в границах 1772 года, что для Белой Руси означало тотальную полонизацию и окатоличивание. Во-вторых, все повстанцы, в том числе и Калиновский, давали присягу следующего содержания: «Присягаем во имя Пресвятой Троицы и клянёмся на ранах Христа, что нашей родине Польше будем служить верно и исполнять, во имя того же отечества Польши, все приказания, предписанные нам начальниками…».

Известный факт, что основная масса белорусского населения не поддержала восстание, как и сами идеи Калиновского. Белорусы напротив помогали русской армии задавить мятеж. За что, кстати, восставшие расправлялись с местным населением с особой жестокостью. Жертвами повстанцев стали около 350 человек.

К слову, попытки эксплуатации чужих революционных символов, в том числе и Калиновского начались, как ни странно, с приходом советской власти. В историографии того времени он характеризуется как первый белорусский революционер и руководитель крестьянского антипомещицкого восстания. Включение Калиновского историками в ряды положительных персонажей объясняется желанием героизировать всех «борцов с царским режимом», а то был ли он преступником или нет и интересы чьей страны представлял, в расчёт не особо бралось.

Ещё одной характерной чертой советского времени являлась мифологизация данной фигуры и роли Калиновского в революционном движении.

«В 10-е годы XX века, когда ещё были живы свидетели польского восстания 1863—1864 годов, представители белорусского национального движения не находили в восстании никаких белорусских деятелей, в том числе Калиновского. В газете “Наша ніва” нет ни одного упоминания о нём. Калиновского попытались сделать белорусским национальным героем лишь в конце Первой мировой войны, то есть через более чем 50 лет после его смерти, когда подавляющее большинство очевидцев восстания уже умерло, и никто не мог опровергнуть утверждения новых белорусских историков», — отмечал белорусский исследователь Александр Гронский. 

Так или иначе, на смену мифологизации исторического персонажа пришла его мистификация.  В 2017 году литовские археологи объявили об обнаружении останков Калиновского (в Литве, страдающей прогрессирующей русофобией, имя этого борца с царским режимом в большом почёте). Правда, у специалистов закрались большие сомнения относительно достоверности этих выводов – останки не проходили генетическую экспертизу.

Это не помешало с большой помпезностью объявить о начале работы по увековечиванию памяти о «национальном  герое». Комиссию возглавил лично премьер-министр Литвы Саулюс Сквярнялис. А недавно стало известно, что имена повстанцев на памятных досках запишут на литовском, польском и белорусском языках.

Совершенно очевидно, что после открытия комплекса в Вильнюсе, он станет местом для паломничества националистов всех мастей, и белорусских деятелей ультраправых взглядов мы там тоже увидим.  К другому же памятному месту, расположенному совсем неподалёку, цветы оппозиционеров, скорее всего, не лягут… В Пречистенском соборе как напоминание о «подвигах» Калиновского выбиты 349 имён белорусов, не разделявших взгляды польских повстанцев и поплатившихся за это жизнью.

Сергей Коваленок

Телескоп

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *