C окраин русских видится острей: Интервью с автором спектакля «Русский мир»

Вокруг понятия «Русский мир» не утихает полемика. Полярность смыслов, вкладываемых в это понятие, делит людей на его яростных противников и преданных сторонников. В том, что же это такое, попыталась разобраться творческая группа энтузиастов из Беларуси. Недавно в нашей стране был поставлен поэтический спектакль с одноименным названием. Портал Телескоп поговорил с автором стихов и создателем спектакля Александром Горощеней.

Александр, расскажите о вашем поэтическом спектакле. Зачем и для кого вы его сняли? Вы и ваши друзья, принимавшие участие в спектакле, ведь не профессиональные артисты. Как вы решились на театральную постановку? Был ли у вас уже до этого опыт совместной игры на сцене?

— У нас был опыт съемок поэтических роликов по античным темам и лирическому циклу. Но если тогда это была просто игра, интересный эксперимент, который делался, по большому счету, для себя, то в спектакль «Русский Мир» закладывался совершенно определенный месседж для зрителя. Сейчас у нас в культурной сфере находится большое количество желающих переформатировать самосознание народа, оторвать белорусов от общерусской цивилизации, навязав им искусственную идентичность литвинства, и процесс идёт полным ходом: чтобы в этом убедиться, достаточно зайти в любой книжный магазин — полки практически монополизированы авторами, открытым текстом заявляющими, что россияне — не то, что не братский народ, а исторический враг; этим процессам необходимо что-то противопоставлять, хотя бы на уровне частных инициатив. Нужен контент, направляющий людей на сближение. А ничто так не сближает, как осознание принадлежности к общей культуре, к общим победам и достижениям. Я до сих пор жалею, что в спектакль не вошло произведение под названием «Витебские ворота» — текст был утрачен, а он как раз всё это очень хорошо иллюстрировал.

 

Спектакль вышел в сокращенной версии, а потому лично у меня возникло некоторое чувство непонятости и недосказанности. Поясните пожалуйста, что вы хотели сказать своим спектаклем и почему так много не вошедшего материала? Ведь, если включить в него тот же ваш стих «Гроза», с его вступлением: — «C окраин русских видится острей и лучше слышно как гудя в эфире, колеса времени вращаются быстрей» спектакль заиграл бы уже совершенно иными красками, и снял бы половину моих вопросов.

— В спектакль не вошел большой объем материала по банальной причине: съемочный день стоит денег, а с деньгами у нас было не очень. Учитывая специфику съемочного процесса, в один день мы сумели сделать многое, я бы сказал, был сделан возможный максимум — потому что к концу съемок все просто валились с ног.

Кроме того, некоторые тексты не вошли из-за того, что я потерял флешку, а на других носителях варианты не сохранились. Из-за моей небрежности некоторые тексты пришлось восстанавливать, но это удалось сделать не сразу. Некоторые материалы, увы, так и не были восстановили.
Тем не менее, мы, насколько это было возможным, постарались сохранить внутреннюю логику повествования.

Конечно, при наличии финансирования, не было бы никакой проблемы с постановкой полноценного живого спектакля для зрителей — часа на два; который, естественно, обрел бы цельность. Пока же он существует в виде своеобразного альбома, поэтические тексты которого объединены общей темой.

 

В начале вашего спектакля вы ставите перед собой амбициозную задачу– взломать «национальный код» и дать вразумительный ответ на вопрос что же такое Русский мир. При этом вы сами говорите о том, что смысл этого определения для вас одновременно «архисложен и при этом предельно прост». По вашему мнению Русский мир — это суперэтнос, цивилизация людей, говорящих на русском языке: «чей каждый век величье осиян – орлов крылами, звездами Союза». Но в том же предисловии, восхваляя величие Русского мира, вы говорите о том, что это еще и имперский проект, наполненный многовековыми историческими противоречиями. 

— В связи с этим у меня возник вопрос, почему идеологи и философы до сих пор так и не дали четкого определения, что такое Русской мир?

— Термин Русский Мир многозначен, поскольку разные люди вкладывают в него разное смысловое наполнение.
Для меня это в первую очередь культурное пространство, включающее в себя всех, для кого этот язык является родным, всех, кто мыслит на нем. Всех, кто — да! — видит на нем сны!

 

Что в вашем понимании есть понятие «суперэтнос»? — Это совокупность трех славянских «братских народов», как говорили в советское время. Либо мы вовсе и не братья, а один народ, исторически живущий сразу в трех русских государствах? Или границы Русского мира должны простираться куда дальше славянского суперэнтоса? Ведь в той же Грузии и Армении тоже говорят на русском, исповедуют православие, и они также жили с нами «при двуглавом орле и звездах». Можно ли вообще провести географические границы Русского мира?

— Да, это действительно острый вопрос. На мой взгляд, русские — это один, разделенный между тремя государствами народ. Придет время, и он снова объединится. Но, вероятнее всего, это дело не одного десятилетия. И дай Бог, чтобы это свершилось естественным путем, без крови и политических потрясений.

Для меня Русский Мир не ограничивается рамками этническими: князь Багратион, будучи грузином, называл себя русским, например. И все народы, «от Буга до пролива Лаперуза» для меня люди Русского Мира. Включая тех, кто с этим не особенно согласен. Скажем, украинствующих товарищей, чьи прожекты суть гримаса русской истории, и ничего более.

 

Как парировать тем, кто полагает, будто определение «Русский мир» было использовано в исключительно в качестве политтехнологии, а потому сейчас о нем и вовсе ничего не слышно ни в СМИ, ни с высоких трибун.

— Я не знаю, как прокомментировать вопрос о высоких трибунах — ибо не вполне в курсе, о ком речь и что там у людей за позиция. Игнорирование объективно существующего явления «высокими трибунами», на мой взгляд, может объясняться разве что страхами за эгоистические интересы тех или иных политических сил, кланов, партийных лагерей и тп.

«Мы говорим партия, подразумеваем — Ленин», мы говорим «Русский мир – подразумеваем Российская империя»? Если так, то как сделать имперскую центростремительную составляющую проекта Русский мир привлекательным для русских людей в России, Украине и Беларуси? И должен ли быть у Русского мира центр?

— Думаю, идея консолидации по-прежнему привлекательна для людей, для их подавляющего большинства на всем постсоветском пространстве. Не привлекательна она только для тех, кому уже центробежные процессы сулят блага, сиречь новым политическим элитам, а также для тех, кто отравлен ложью националистических идеологий. Людям здравомыслящим не нужно объяснять, что сжатый кулак сильнее растопыренной ладони, как не стоит объяснять и то, что прутик сломать легче веника. Особенно сегодня, когда обстановка в мире накаляется с каждым днем.

Как, на ваш взгляд, можно добиться мира и согласия в обществе, если с течением лет даже среди близких друзей идут жаркие исторические споры о «белых и красных». Как помирить общество, где для одних Ленин и Сталин палачи, а для других – гениальные государственные деятели?

— Я не знаю, как помирить общество. Люди очень легко влюбляются в иллюзии и готовы за них и спорить до хрипоты и чего похуже вытворять. Опять же, есть еще и те, для кого создание и поддержание той или иной иллюзии — личный гешефт. Со вторыми спорить бесполезно, а с первыми надо общаться. Если человек, придерживающийся политических взглядов, отличающихся от моих, исходит из изначального желания добра своим соотечественникам, значит, мы с ним не такие уж и разные — просто я вижу одни способы для достижения этой цели, а он видит перспективу в других. Но если цель по сути одна, надо выстраивать диалог и искать точки соприкосновения. Это упрощенный взгляд, конечно.

Беседовал Сергей Смирнов

 

Телескоп

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *